Завтра Пасха.


Весны въ этомъ году почти не было. Она промелькнула для меня совсѣмъ незамѣтно, за сѣрымъ больничнымъ окномъ, на которомъ въ пузатой стеклянной банкѣ стояли пушистыя вѣточки вербы. Дворъ госпиталя, окруженный строгими классическими зданiями съ гипсовымъ фонтаномъ, еще недавно укрытый снѣжными грудами, вдругъ зазеленѣлъ лужайками свѣжей майской травы, въ которой уже кое-гдѣ желтѣли первые одуванчики. Высокiя кованыя ворота въ последнiй разъ попрощались со мной и выпустили въ привычную жизнь, въ которой рѣшительно нѣтъ времени болѣть.

Быстро подоспѣла и Пасха, въ этомъ году – поздняя, майская. Въ утро Великой Субботы неожиданно заморосилъ дождь, внося строгое настроенiе въ этотъ торжественный день, когда весь мiръ неслышно наполняется предпасхальной радостью. И вотъ я уже иду по улицѣ, и въ моей рукѣ – теплая ручка Вареньки, которая, не обращая вниманiе на дождь, бодро спѣшитъ вмѣсте со мной. Сегодня у нея особенный день. Она будетъ святить куличъ и яйца, которые бережно несетъ въ плетеной корзинкѣ. Впереди Донской монастырь, который своимъ краснымъ цвѣтомъ и спѣшащимъ къ нему православнымъ людомъ вновь указываетъ на приближенiе Великаго Праздника. Проходимъ въ его главныя врата и поднимаемся по высокимъ ступенямъ собора, откуда виденъ обширный монастырскiй дворъ съ его старинными постройками и величавыми церквями. Сегодня онъ весь какой-то необычный, расписанный зелеными красками молодой листвы и ярко-желтыми цвѣтами разлапистыхъ кустовъ акацiи.

Въ правомъ притворѣ не протолкнуться. Стоятъ длинные столы съ дарами. Здѣсь и разноцвѣтныя россыпи яицъ, и куличи всѣхъ видовъ: отъ совсѣмъ скромныхъ, облитыхъ только бѣлой глазурью, до пышныхъ, съ верхомъ богато украшеннымъ витыми печеньицами и миндалемъ. Мы протискиваемся сквозь толпу и находимъ маленькiй островокъ, на который выкладываемъ принесенные корзинку съ яйцами и куличъ. Варенька вставляетъ въ него тоненькую красную свѣчку, которая горитъ и тихо потрескиваетъ вмѣсте съ другими. Вотъ уже и священники, которые съ молитвами проходятъ вдоль столовъ и окропляютъ приношенiя святой водой. Брызги отъ нея сверкаютъ въ огонькахъ свѣчей, плывущихъ надъ этимъ моремъ даровъ. Я смотрю на Вареньку и вижу въ ея глазахъ радость отъ происходящаго. Сегодня для нея все происходитъ впервые. А для меня – снова ощущенiе единенiя съ Богомъ и стоящими рядомъ людьми, въ обычной жизни совсѣмъ далекими, но здѣсь необыкновенно близкими: отъ маленькой сѣдой старушки въ старомъ заношенномъ пальто, устало сидящей на лавочкѣ, до молодыхъ, одѣтыхъ въ черныя тужурки семинаристовъ, прiѣхавшихъ изъ Лавры на каникулы. Именно въ храмѣ, передъ Великимъ праздникомъ я чувствую свою любовь къ нимъ, какую-то особенную, братскую. После освященiя проходимъ въ соборъ. Несмотря на большое количество людей, подъ его сводами тихо и торжественно. На древнемъ, уходящемъ ввысь иконостасѣ въ свѣтѣ огромныхъ паникадилъ мерцаютъ лики апостоловъ, и какъ всегда вьется человѣческая рѣка поклониться мощамъ патрiарха Тихона.

На паперти насъ снова встрѣчаетъ дождь, но онъ уже какой-то другой. Его теплыя капли ласково щекочутъ лицо, и небо надъ монастыремъ быстро свѣтлѣетъ. Мы обходимъ соборъ и черезъ старинный некрополь съ его скорбящими ангелами, изящными часовнями и монументальными библейскими горельефами, выходимъ изъ монастыря. Дождь совсѣмъ умолкаетъ, и омытый имъ мiръ вновь готовится встрѣтить Воскресенiе Христово – свѣтлый день новой жизни.


Москва. Май 2013 г.